Немцы понесли тяжелые потери -примерно 4000 погибших, что намного больше, чем общее количество потерь за всю балканскую кампанию. Мас­штаб потерь шокировал командование. Генерал Штудент писал, что Гитлер был «в высшей степени недоволен всем этим». Он заявил Штуденту, что «Крит доказал, что эпоха парашютистов закончилась». С тех пор немецкие воздушно-десантные войска больше никогда не использовались для десан­тирования с воздуха и участвовали в наземных операциях.

Захваченный Крит не использовался Гитлером в качестве плацдарма для возобновления завоеваний в этом ре­гионе, и, хотя он позволил защитить румынские нефтепромыслы от атак ан­глийской авиации, передышка эта была временной. Меньше чем через два года американские бомбардировщики дальнего действия Б-24 «Либерейтор» начнут громить столь дорогие для Гит­лера румынские нефтепромыслы.

Для эвакуации британского контин­гента Королевским ВМС нужно было снова войти во враждебные воды во­круг Крита. Адмирал Кэннингхэм за­явил своему флоту: «Мы не можем подвести армию». А когда один из офи­церов его штаба стал возражать, под­черкивая опасность операции, он отве­тил: «Чтобы построить корабль, ВМС тратит три года. Чтобы восстановить традицию, понадобится 300 лет». На­чиная с 28 мая ВМС в течение четырех дней спасли столько людей, сколько смогли, неся тяжелые потери от атак люфтваффе. Были потоплены три крейсера и шесть эсминцев, а 13 дру­гих кораблей – сильно повреждены, включая крейсер «Орион», на котором в результате попадания одной немец­кой бомбы погибло 260 человек и было ранено 280.

Потери британских войск и войск Содружества на Крите составили 1742 человека убитыми и пропавшими без вести, 2225 ранеными и более 11 ООО попавшими в плен. Потери Королев­ского флота включали почти 2000 че­ловек погибшими, но наградой им было спасение примерно 18 000 солдат Великобритании и Содружества и до­ставка их обратно в Египет.

На море Королевские ВМС храбро от­ражали воздушные атаки и пытались перехватить или отогнать немецкий морской десант. Но растущие потери, особенно из-за атак люфтваффе, в кон­це концов вынудили флот 24 мая отсту­пить от северного побережья Крита, тем самым позволив немцам обеспечить морскую связь с островом.

25 мая солдаты 5-й горнострелко­вой дивизии смогли прорвать оборону Малиме и продвинуться дальше через Галатас к городу Кания, расположен­ному недалеко от основного военно-морского порта в заливе Суда. К тому времени на Крите было уже почти 20 ООО хорошо вооруженных, перво­классных немецких солдат, которых поддерживала мощь авиации. Более того, каждый день прибывало большое количество свежих частей. Фрейберг посчитал, что остров потерян, и 26 мая рекомендовал приступить к эвакуации войск, которая и началась на следую­щий день. Войска в городе Гераклион на востоке были эвакуированы без ос­ложнений, но основным силам на западе пришлось пересекать горы, чтобы добраться до южного порта Сфакия, при этом немцы преследовали их на земле и с воздуха.

Три аэродрома – в Малиме, Ретимноне и Гераклионе, – расположенные вдоль северного побережья Крита, были вы­браны генералом Штудентом в качест­ве целей. Утром 20 мая после сильной бомбардировки люфтваффе были сбро­шены первые парашютисты с приказом захватить аэродромы и близлежащие портовые сооружения. Затем они долж­ны были ждать прибывающее с моря и воздуха подкрепление.

Британские войска были готовы к высадке немцев, и, хотя не хватало зенитных орудий, они уничтожили большое количество парашютистов еще в воздухе или уже на земле. К кон­цу первого дня боев немцы были на грани поражения, но Штудент продол­жал посылать на остров войска для поддержки разрозненных отрядов па­рашютистов, пытающихся продви­нуться к аэродромам. Только в Мали­ме, на западе острова, немцы добились ощутимого успеха. На следующий день Штудент решил послать в бой свой последний парашютный резерв. К удаче немцев, командир новозеланд­цев, оборонявших этот аэродром, в тот вечер вывел свои войска из этого рай­она для перегруппировки; он считал, что силы немцев, наступающих на Ма­лиме, больше, чем на самом деле.

Утром 21 мая данные германской воздушной разведки убедили Штудента в необходимости послать подкрепле­ние в Малиме, если он не хотел, чтобы его войска были сброшены с острова. В течение дня он послал на остров по­следних парашютистов, а после полу­дня отправил самолетами горнострел­ковый батальон. Аэродром в Малиме теперь был приведен в рабочее состоя­ние и находился под надежным контро­лем немцев, что позволило им сосредо­точить силы и начать наступление на британские силы после того, как было благополучно переправлено достаточ­ное количество резервов и техники.

Не хватало артиллерии и танков, а также зенитных орудий, и это впос­ледствии им дорого обойдется. Что еще хуже, небольшой контингент Коро­левских ВВС безжалостно преследо­вался самолетами люфтваффе, и 19 мая четыре оставшихся «Харрикейна» и три «Гладиатора» покинули остров, направившись в безопасный Египет во избежание полного уничтожения.

Командующим британскими силами на Крите был назначен генерал Бернард Фрейберг, хотя он только что прибыл из Греции и у него было мало времени для ознакомления с новым те­атром боевых действий. Заслуженный ветеран Первой мировой войны (кава­лер ордена «Крест Виктории»), Фрей­берг распределил свои силы вдоль се­верного побережья острова, готовясь к отражению как морского, так и воз­душного десанта противника. Брошен­ные аэродромы были заблокированы, а не выведены полностью из строя; кроме того, британцы намеревались вновь использовать их в ближайшем будущем.

Воздушная поддержка была возло­жена на 8-й авиационный корпус генерала Вольфрама фон Рихтгофена, который имел в наличии 228 бомбардировщиков, 205 пикирующих бомбардировщиков, 119 одномоторных и 114 двухмоторных истребителей и 50 разведывательных самолетов. Первую волну парашютистов должны были доставить 493 транспортных самолета Ю-52 и 72 планера. Горнострелковые части должны быть высажены между последующими волнами атаки, хотя были собраны и военно-морские силы, которые должны были противостоять британским ВМС и под усиленным прикрытием люфтваффе перевозить артиллерию и резервы горно­стрелковых частей на Крит.

Хотя англичане получили некоторое преимущество, узнав о намерениях немцев благодаря разведывательной программе «Ультра», в остальных отношениях они явно находились в не­выгодном положении. Гарнизон остро­ва насчитывал примерно 28 000 бри­танских солдат и солдат Содружества и две неукомплектованные греческие дивизии численностью 10 000 человек. Большинство британских солдат были недавно эвакуированы из Греции и по­этому не имели тяжелого вооружения.

Британское решение поддержать Грецию оказалось военной катастро­фой. Понеся очень небольшие потери, Гитлер обезопасил свой южный фланг и нанес Великобритании еще один ос­корбительный удар. Положительная сторона кампании – Гитлер был вы­нужден отложить начало операции «Барбаросса» на один месяц. Однако Великобритания получила все же пре­имущество в политической сфере, ког­да общественное мнение в США, шо­кированное германским вторжением, склонилось на сторону Великобрита­нии, за то что она пришла на помощь Греции. Американский Конгресс принял закон о ленд-лизе, и в Великобри­танию стала направляться американ­ская помощь.

В Восточном Средиземноморье ос­тавался открытым лишь вопрос о буду­щем острова Крит, который, по реше­нию Гитлера, должен был войти в сферу влияния его коалиции. Еще до победы в материковой Греции он дал указание своим командирам подгото­вить операцию «Меркурий» – завоева­ние Крита.

Немецкое высшее командование продолжало опасаться присутствия Ко­ролевских ВМС в восточной части Сре­диземного моря и приняло решение, что нападение на остров будет предва­рено крупным авиационным десантом. Планирование операции было поруче­но генералу Курту Штуденту, одному из пионеров воздушно-десантных опе­раций и командиру 11-го авиационного корпуса, в который входила 7-я воздушно-десантная дивизия (13 ООО парашютистов), усиленная тремя полками из 5-й и 6-й горнострелковых дивизий (9000 человек).

Потери Британии и стран Содружества в этой кампании составили более 12 ООО человек, из которых три четвер­ти попали в плен (большинство из них – после боев при городе Каламе). Как и в Дюнкерке, все тяжелое снаряжение пришлось бросить – 104 танка, 400 орудий и 8000 автомобилей. У Королевских ВВС было сбито 72 самолета и еще 137 уничтожено на земле, флот потерял два эсминца, четыре транспор­та и 21 вспомогательное судно.

За всю шестимесячную кампанию греки потеряли 15 700 человек убиты­ми и пропавшими без вести; 218 000 человек было захвачено в плен, хотя многие из них были вскоре выпущены. Германские потери составили всего 1684 человека убитыми и 3752 ране­ными. Итальянские потери были на­много больше, в основном из-за обмо­рожений и болезней в результате тяжелых условий в греческих и албан­ских горах. Общее количество потерь составило чуть более 100 000: 13 755 убитыми, 63 242 ранеными (включая 12 368 тяжелых случаев обморожения) и 25 067 пропавшими без вести (большинство из которых погибли).

Оттуда их эвакуировал Королевский военно-морской флот, спасший тем самым более 50 ООО британских, австралийских и новозеландских солдат. Только в городе Каламе посадка на суда провалилась, и в результате 7000 солдат остались на греческом берегу. Большинство из них попали в плен.

Для британцев одной из немногих позитивных вещей за всю кампанию было отношение к ним греков, которые приветствовали их усилия как в случае успеха, так и при неудачах. Полков­ник-артиллерист, прикомандированный к 1-й бронетанковой бригаде, так описывал реакцию греков на отступле­ние его солдат: «Мы были последними британскими солдатами, которых они видели, и немцы могли идти за нами по пятам, и все же приветствующие, ру­коплещущие толпы народа выстрои­лись вдоль улиц и окружали наши ма­шины, почти не давая нам проехать. Девушки и мужчины запрыгивали на подножки, чтооы оонять или пожать руки измученным артиллеристам. Они кидали нам вслед цветы с криками: “Возвращайтесь! Вы должны вернуть­ся! До свиданья! Удачи!”».

Пока британцы удерживали свои пози­ции вдоль «линии Фермопил» с 22 по 24 апреля,началась эвакуация. Под ко­мандованием контр-адмирала Бейли- Громана австралийцы и новозеландцы, отходящие от Фермопил, эвакуирова­лись из небольших рыбацких портов в Рафине, Порто Рафти и Мегаре. Эва­куация проходила успешно, но 25 апре­ля отряд немецких парашютистов был сброшен за главным мостом через Ко­ринфский канал. Защитников было слишком мало, чтобы отбить нападе­ние, хотя заряды, заложенные на мос­ту, были взорваны, и мост рухнул точ­но в канал. На следующий день немцы захватили Коринф. Тем временем сол­даты дивизии СС «Адольф Гитлер» со­брали самодельные лодки и смогли пе­ресечь Коринфский залив у города Патры. Усиленные 5-й бронетанковой дивизией, они теперь начали продви­гаться в глубь полуострова Пелопон­нес. 27 мая немецкие солдаты вошли в Афины, и флаг со свастикой стал раз­виваться над Акрополем.

Положение британцев становилось все отчаяннее, но войска в основном отступили на юг Пелопоннеса, прежде чем были отрезаны.